среда, 26 октября 2016 г.

Все это получается только с Богом!

Федор Конюхов



Каждая моя цель - будто храм, который я строю в своей душе. А потом осуществляю задуманное. Но я, как могу, украшаю и саму нашу землю. После каждой из моих кругосветок строил по часовне: на острове Врангеля, в Сергиевом Посаде, в Переславле-Залесском, во дворе своего дома в Москве…




Запало в сердце, как в конце 80-х в путешествии на велосипедах от Дальнего Востока до Питера повсюду, где бы мы ни проезжали, видели руины церквей, спиленные кресты. Кругом - запустение и разруха. Американец, который был с нами, всю дорогу возмущался: «Такое может сотворить со своей землёй только народ-варвар!» Тогда мне нечего было ему возразить. А сейчас - есть.


Высота 10 300 метров. Температура воздуха –40. Печка не работает. Приборы все в инее. Стационарный терминал замерз. Держу за пазухой ручной спутниковый телефон Iridium, по нему звоню. Иду по краю облаков, снижаться не могу. Тащит в Антарктиду. Жду сдвига ветра, чтобы начать подниматься к Австралии.

Я ведь худой, и мышц у меня нет. Никто не видел, чтобы я качался. Зато видели, как я молюсь всю ночь. И только с Божьей помощью я делаю то, что делаю. У меня ведь нет ни физических, ни моральных, ни умственных способностей для того, чтобы ходить через океан в одиночку или идти на полюс. Все это получается только с Богом. В Тибете я закопал в снег маленькую иконку Николая Чудотворца. Такую же недавно мы отправили на МКС. Икона каждые сутки делает 16 витков вокруг Земли и оберегает нас.

У меня есть один знакомый ученый, человек совершенно советского воспитания. Всю жизнь он мне говорил, приходя ко мне и видя иконы: зачем тебе это, ты бы лучше науку поддерживал! А вот недавно вернулся он после операции и рассказал, как потом ему показали видео, сделанное во время шунтирования. Вот он лежит на столе без движения целых четыре часа, врач достает его сердце, моет, что-то с ним делает, а потом возвращает обратно. Этот человек сказал мне: «Знаешь, Федя, я посмотрел то видео и встал со стула совершенно другим». Пришел я недавно к нему в кабинет и вижу — там иконы появились.

Будучи обижаемым, ты не должен гневаться, будучи хвалимым, ты не должен превозноситься. И еще тебе говорю, что злом никогда не победишь зла, если кто-либо причинит тебе зло, то окажи такому добро, тогда твое добро победит его зло.

Не придавай значения снам; не обращай на них внимания, сны бывают от лукавого, они только расстраивают человека, опутывают мысли.

Я был верующим всегда, такая уж у нас семья: мой дед священник и его брат тоже — он даже канонизирован как новомученик. Помню, в школе (а я учился в нашем рыбачьем поселке) я все время спорил с учительницей литературы. Спрашивал ее: «Скажите, Татьяна Семеновна, как же вы говорите, что Бога нет, вот же Пушкин в него верил!»

В нашей стране я первым добился, чтобы в трудовой книжке можно было записывать именно так: «профессиональный путешественник». Хотя у меня самого трудовой книжки нет. Нет прописки. Я не получаю зарплаты. И в этом моя правда.

Я вырос на Азовском море. Мой дед был знаком с русским гидрографом, полярным исследователем Арктики Георгием Яковлевичем Седовым и потому воспринял его неудачу как свою личную трагедию. Он считал, что именно азовские рыбаки должны оправдать Седова, довершить начатое им и внушал мне мысль о том, что я должен стать путешественником и дойти до Северного полюса. Я не возражал. Наоборот, с юности стал усиленно готовиться к походу…

Пять лет прожил на Чукотке, учился управлять яхтой, водить собачью упряжку. Жизнь показала, что не зря. На сегодняшний день я побывал на Северном полюсе уже три раза. В первый раз, когда мне было 36 лет, стоя на макушке мира, я понял, что путешествия стали для меня образом жизни.

Вот я и учусь всю свою сознательную жизнь. Начал с одесской мореходки, где получил диплом штурмана-навигатора. Потом выучился на механика: путешественник всегда должен рассчитывать на свои силы. Ну и на помощь Божью, конечно… Человек, как существо духовное, не может обойтись без веры. И чтобы духовно не растеряться в этом мире, я закончил Ленинградскую семинарию.

Я убедился, счастье - когда перед тобой хороший человек с добрым сердцем.

Жизнь изменилась под воздействием радио и телевидения. Весь мир смотрит на нас с экрана. Не надо никуда выходить или выезжать, чтобы узнать, что делается на свете. Весь мир постоянно у нас на глазах. Это приводит к тому, что человек часто не находит себя, не умеет понять свой внутренний мир. Красота исчезает из современной культуры.

Мы живем в XXI веке, но человечество еще не построило основы культуры. Ведь цивилизация еще не культура. Мы должны признать, что человечество сильно одичало, оно все воюет и воюет.
Правильно старики говорили: за что недоплатишь, то и не доносишь.

Будучи зрелым человеком, понял, что в мире нет одиночества. Ведь в океане рядом с тобой плавают киты или дельфины, в небе парят птицы, а на пути к полюсу встречаются медведи и тюлени. А еще я точно знаю, что рядом всегда присутствует Бог и святые, которым ты молишься.

Если я облечу землю на воздушном шаре - это будет наша общая победа, победа всех русских людей.

Если с океаном обращаться по-человечески, без фамильярности, то, может, он тебя тоже зауважает.

Три раза я переворачивался на яхте посреди океана. И каждый раз оставался жив буквально чудом. После последнего из крушений решил, что все, хватит - завязываю с морем. Сколько раз можно испытывать судьбу?! Но через год опять потянуло. Сомневался, но все-таки не выдержал и снова пошел в кругосветку.

Надо искать свой собственный жизненный путь, а не идти по чьим-то стопам. Не надо подражать кому-то, даже если это твои родные люди.

Я любил футбол, но в те времена, когда играли Яшин, Стрельцов – они были романтиками. А сейчас только деньги, деньги, деньги… Футболистов, как лошадей, за миллионы продают. А играют все хуже и хуже. И непонятно, кто теперь вообще ходит на стадионы? Это же страшно, я никогда не решусь отправиться туда со своим внуком...

Может быть, с моей стороны не очень красиво, что я так ворчу. Но у меня есть право на свое мнение. Футболистам отпускают больше всех денег, а они все равно проигрывают. В чем тогда смысл? Возьмите лучше дворовые команды с бухты Врангеля или Проведения, или из Находки. И они будет побеждать, как исландцы. Исландия без бюджета выигрывает, а наши с такими деньгами, и беспомощны.

Путешествия были, есть и будут. И через сто лет, и через двести, и через тысячу. Они изменятся — станут другими, только слово останется тем же. Ты уже не можешь быть, как Миклухо-Маклай или Седов. Сейчас не открывают материки или острова. Ты открываешь свою духовность.

Как ты можешь себя разменивать, когда тебе шестьдесят?

Ой, это блажь такая была, прости Господи! Сегодня мне становится страшно, что, не дай Бог, снесут на погост на чужбине. Ни на какие цар¬ства я не променяю Россию. Да и что я забыл в этой Америке или Новой Зеландии? В своих странствиях я понял: покидать Россию навек можно только в одном случае - если у тебя земля горит под ногами. Лет 20 назад, может, для кого-то так и было. А сейчас она у нас не горит - наоборот, на ней пахать надо.

Мне говорят: ты, Фёдор, любимчик судьбы, рисковый, но удачный - рок просто промахивается, когда в очередной раз хочет смести тебя лавиной или столкнуть в пропасть. Но я считаю, что не в судьбе тут дело. Бог дал мне прожить уже столько лет, дал любимую жену, семью, дом, детей и внуков. Может быть, я путешествую, чтобы всё время возвращаться к ним, моим близким?..

Я осуще¬ствил то, что не удавалось ни одному путешественнику за всю историю России. Это не обещания и планы, а реальные рекорды. Если это авантюра в плохом смысле, что тогда считать настоящим подвигом?

В 1992-м во время восхождения на Эверест вместе с альпинистом Женей Виноградским я эту смерть прочувствовал соб¬ственной спиной. Однажды мы обнаружили, что палатки со-рвал ветер. Ставить новые уже не могли. Что делать - спускаться? Но тут поблизости я увидел чью-то палатку, чудом уцелевшую во время бури. Мы залезли в неё и вскоре поняли причину «чуда». Оказалось, палатка принадлежала испанскому альпинисту. Он умер, а тело своей тяжестью удерживало палатку на склоне. Мы провели там несколько часов - облокотились на труп и вспоминали всю свою жизнь, а когда наваливалось забытьё - толкали друг друга: не спи, не проснёшься!.. Так и дошли - с победой.

Бессмысленный риск экстремального спорта - грех, потому что нельзя подвергать свою жизнь опасности просто так, из удоволь¬ствия. Это сродни самоубийству. Но таких людей у нас тысячи - кто их остановит? Если кто-то из них решит пойти на верную смерть, думая, что ему всё нипочём, я должен отговорить его. Моё дело - заступничество за таких экстремалов перед Богом. Если я помогу спастись хотя бы кому-то - значит, не зря служу Церкви. Я хочу, чтобы они по-настоящему задумались: зачем идут в горы или переплывают океан? Ради чего рискуют? И помочь им найти ответ.

Японский путешественник-одиночка Наоми Уэмура говорил, что идёт в путь, чтобы расширить пределы человече¬ских возможностей. Я пытаюсь сделать то же самое.

https://professionali.ru/citations/konyuhov/10.html